Анекдоты про евреев

— Как звали одноглазого русского полководца, который разбил Наполеона? — спросил Брежнев у Косыгина.
— Кутузов.
— А английского одноглазого адмирала?
— Нельсон.
— А как зовут этого одноглазого еврея?
— Даян.
— А почему у нас маршал Гречко до сих пор с двумя глазами?

Идут два еврея, один из них громко стенает:
— Как я хочу пить! Как я хочу пить!
Второй не выдерживает, покупает ему питье, мол, заткнись наконец. Первый продолжает с не меньшим пафосом и так же громко:
— Как я хотел пить! Как я хотел пить!

Пошли в кино еврей и чукча. На экране разворачивается сцена, где женщина собирается выброситься с 50—го этажа. Чукча и говорит еврею:
— Спорим, что она не прыгнет?
— Прыгнет! — отвечает еврей. Поспорили. Женщина прыгнула и разбилась. Еврей, естественно, выиграл спор, но от выигрыша отказался и объяснил чукче:
— Понимаешь, я заранее знал, что она прыгнет — видел уже этот фильм.
— Я тоже уже видел эта фильма, — отвечает чукча, — но думал, однако, что у нее хватит ума во второй раз не прыгать.

В синагогу принесли щенка и обратились с просьбой к раввину сделать щенку обрезание.
— Как вы смеете! Это же синагога, а не ветеринарная лечебница!
— Плачу сто тысяч.
— Так вы бы сразу сказали, что песик — еврей.

Раввин:
— Евреи, запомните. Есть три самых страшных греха. Первый грех — это злорадство. Если у соседа сдохла корова — не надо радоваться, надо посочувствовать человеку. Второй грех — это уныние. Если у тебя только одна корова, она старая и больная и дает мало молока — не унывай, а радуйся, ведь у кого—то даже такой коровы нет.
Голос из толпы:
— Ребе, но ведь радоваться, что у кого—то нет коровы — это же злорадство, страшный грех, вы же сами только что сказали.
Раввин:
— А третий грех — это занудство.

— Ты не знаешь, чем закончилось то дело, где судились еврей с армянином?
— Как это — не знаю? Прокурор Иванов получил 10 лет!

Водил Моисей по пустыне евреев 10 лет. Привел куда—то и спрашивает:
— Нравится вам здесь?
— Нет, здесь воняет.
Водил он их еще 10 лет. Привел куда—то и спрашивает:
— Нравится вам тут?
— Нет, здесь воняет.
Пошли они опять. Через 20 лет приводит он их куда—то и спрашивает:
— А здесь вам нравится?
— Нравится.
Теперь у арабов есть нефть, а у евреев не воняет.

— Раньше цыгане воровали, евреи торговали, а русские воевали.
— А теперь цыгане торгуют, русские воруют, а евреи воюют.

Еврейская семья возвращается из пригорода в Нью—Йорк, отец останавливает такси:
— Сколько стоит проезд до центра Нью—Йорка?
— С вас и жены по 20 долларов, а детей провезу бесплатно.
— Яша, Лева, Сара, Циля, лезьте в машину, а мы с мамой прогуляемся пешком.

— Сарочка, вы таки излишне опекаете своего сына.
— Таки Сара Коннор как—нибудь сама разберется.

— Вот, говорят, евреи — умные, а посмотри на Мойшу:
— Вроде, математик, а предложишь ему маленький гривенник и большой пятак, так он пятак выбирает!
— Да, ну?! Не может быть! Мойша, выбери—ка.
Мойша выбирает пятак.
— Мойша! Ты что, считать не умеешь?
— А ты думаешь, если бы я выбирал гривенники, кто—нибудь предлагал бы?

Вторая мировая война. К немцам в плен попали трое: француз, русский и еврей. Немецкий офицер говорит:
— Мы вас будем расстрелять! Но как благородная нация выполним ваше последнее желание.
Француз попросил молодую женщину, русский — бутылку водки, а еврей — немножко клубники.
— Ты что? Где мы тебе в октябре найдем клубнику?
— Ничего страшного, я могу подождать.

Умирает старый еврей и говорит жене:
— Розочка, золотко, положи мне пожалуйста в гроб тору, библию и коран.
— А зачем, Абраша???
— Да так, на всякий случай Розочка, на всякий случай…

Hа опере «Евгений Онегин» еврей толкает свою жену в бок:
— Пока ты спала, Ленский послал Онегину вызов.
— Hу и шо, он поедет?

Умер старый еврей. Вскрыли его за вешание, читают:
— Дочке моей, Сарочке, оставляю 100 тысяч долларов и дом. Внучке моей, Ривочке, оставляю 200 тысяч долларов и дачу. Зятю моему, Шмулику, который просил упомянуть его в за вешании, упоминаю: Привет тебе, Шмулик!..

Приходит новый русский к старому еврею и говорит:
— Папа, дай денег...

В картинной галерее еврей спрашивает генерала (картавя):
— Это кто, Сувогов?
Генерал (передразнивая):
— Да, это Сувогов, Сувогов…
Еврей:
— Зачем вы мне подражаете? Вы бы лучше ему подражали.

Три еврея гуляют по кладбищу:
— Я хотел бы лечь в могилу рядом с Моисем Зусманом. Он был такой великий повар.
— А я хотел бы лечь в могилу рядом с ребе Снайпером. Он был таким раввином…
Третий, скромно:
— А я хотел бы лечь рядом с мадам Кац.
— Так она же, слава Богу, жива…
— О!

Встречаются два еврея, которые давно не виделись.
— Привет Абрам, как давно я тебя не видел!
— Привет Мойша, очень рад тебя снова видеть. Давай зайдем в бар?
— А кто угощает?
— Ну… Давай так, вон, видишь, фонтан? Каждый из нас опускает голову под воду. Кто первый вынет голову из воды, тот и угощает.
— Давай.
… На следующий день в газетах появилось сообщение:
— Вчера в фонтане на Центральной площади утонули два еврея.

Умирает старый еврей.
— Сара, у меня последнее желание.
— Да, Изя.
— Дай мне пожалуста чай с 2 ложечками сахара.
— Но Изя, что за странное у тебя желание.
— Понимаеш Сара, всю жизнь в гостях я пил чай с 3 ложечками сахара, а дома — с 1, а мне так хотелось 2 ЛОЖКИ САХАРА…